Рассказ №23067 (страница 2)

     Толчок за толчком вытекала сперма, вызывая немыслимый восторг, от привычного оргазма отличающийся как земля от неба. Не лучше и не хуже, не сильнее и не слабее, а просто по-другому: удовольствие, блаженство, удовлетворение были иными, словами не описываемыми. Наверное, также отличаются действия героина и кокаина, когда ощущения сильно разнятся, но объединяются общим понятием кайф. Я рухнул на кровать измочаленной тряпкой, но нашёл силы перевернуться на спину, пряча ягодицы, внезапно ставшие моим самым уязвимым местом.
     Увидев Катришку, я ошалел: она стояла совершенно нагая, широко растопырив бёдра, и, с силой зажмурившись, обеими руками яростно шуровала у себя между ног. На лобке её красовалась чёрная вертикальная стрелка из тщательно сбережённых волосиков, указующая туда, куда надо указывать, неопытный взор, так сказать, направляя.
     Я подождал, пока она кончит - что случилось быстро, едва ли не за десятки секунд, относительно тихо и почти без напряжения, - потерпел, не звал, пока она минуту отдыхала, успокаивая дыхание, и обратился, наконец, к ней.
     - Катришка: - поймал её взгляд, полный счастливого, масляного блаженства, и отправил в сон. - Спи, не отвлекаясь ни на что, спи глубоко. Разбудить тебя невозможно - хоть резать начнут наживо, будешь спать, как убитая. Лишь только я могу вывести тебя из транса. Спать, спать:
     Немного передохнув, почувствовав, что силы вернулись в полном объёме, я поднялся на ноги. Не торопясь, оделся. Откинул покрывало, отмечая, что придётся его замывать или застирывать, и с пола на кровать поднял спящую сестру. Прикрыл голое тело, оставляя мокрое пятно в стороне от Катришки, и крепко задумался.
     На столе валялась открытая шкатулка, мне не поддавшаяся, запястья сестрицы обхватывали тоненькие тесёмочки из сыромятной кожи один зеленоватого, другой розоватого оттенка - её содержимое, наверняка. Коробочку я мог оставить здесь сам, не помню, но как Катришка добралась до содержимого? Ума не приложу. Может, банально на женскую руку заклятье заточено? А как узнала действие? Что-то болтала о сне:
     Вертел и так, и эдак, но ожидаемо вернулся к давно отложенной мысли, что кроме вредной ведьмы, никто мне поможет, придётся идти на поклон. Смирить гордыню, сжать волю в кулак и ленью не прикрываться. Ну, здравствуй, Лизавета Юрьевна или как тебя там:
     - Это тебе карма за то, что над учительницей издевался, - произнесла ведьма серьёзно, но не выдержала, хохотнула и продолжила с искренним сочувствием. - Отшлёпали тебя, милок?
     Чем удивила безмерно. Её реакцию просчитать невозможно. Думал смеяться, издеваться долго будет, и лишь потом, возможно, поучит, а она вот как. Сочувствует, блин, и понимаю, что вполне искренне.
     - Не переживай, липкие волосы Афродиты кого угодно на колени поставят, наплюй. Я сама под это заклятие попадала. Выболтала всё, о чём она пытала, а сука старая всё равно помирать меня оставила: от волос Афродиты очень даже погибнуть можно, как ты понял, мучительно:
     - Как спастись сумела? - поторопил я, не выдержав долгой задумчивости. Ведьма, похоже, от воспоминаний впала в прострацию.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории: