 |
| |
| | Когда жена пришла в себя, то увидела лежащего рядом, тяжело дышащего Мурада. Его член стал чуть менее твердым, но почти не потерял в размерах. Во всем теле разливалась приятная истома, киска натружено ныла. Она потянулась к его члену рукой, и начала его поглаживать, еще раз поражаясь его размерам. Даже теперь, когда он был не полностью вставший, он был огромен. Она попыталась охватить его ствол пальцами. Пальцы не сошлись, между ними еще остался приличный зазор. Тогда она сползла вниз, легла ему головой на живот, и начала целовать орган, доставивший ей такое наслаждение. Языком она лизнула зрачок на головке, член в ответ вздрогнул, и из него показалась капелька. Она лизнула ещё раз, и отметила, что вкус спермы отличается от вкуса ее мужа. Эта мысль первый раз заставила ее вспомнить о муже. Глянув на дверь в спальню, она увидела, что дверь открыта, а в соседней комнате на мягкой мебели сладко спит ее муж. Она подумала, что возможно ее муж видел, как его жену здесь жестко драл его друг, и почему-то эта мысль начала её возбуждать. | | |
| |
|
| |
| | Я откинул полу. Она была в тонких трусиках, вроде стрингов. Не особо церемонясь, я отодвинул в сторону узкую полоску, смочил слюной головку и немного поводил ею по губкам подруги. Она вздрогнула и издала сладкий стон. С минуту поигравшись, я наконец, прислонил головку ко входу, и подался бедрами вперед. Губки Светланы Витальевны охотно расступились, нежно обволакивая мой член. Я вошел полностью, на всю длину. Мама друга часто задышала, закрыв глаза и явно наслаждаясь вторжением. | | |
| |
|
| |
| | - Ай, - я вскрикнул и попытался прикрыться руками, но сразу же по ним получил. Ягодицы горели огнем, я стиснул зубы и ждал, когда же эта пытка закончится. Почему-то остановить Веронику мне в голову не приходило. Где-то на десятом ударе я почувствовал, что на глазах выступили слезы. Я слегка постанывал, но ее это, похоже, только заводило. В какой-то момент я с удивлением понял, что у меня эрекция. Да что же это такое? Мне же это не нравится! | | |
| |
|
| |
| | Я беру вторую ножку, также медленно снимаю с нее туфельку, целую через колготки пальчики с ярко накрашенными ноготками. Глажу ступни, лодыжки, медленно проводя ладонями по тонкому нейлону. Мне очень хочется, чтобы эти ножки поскорее начали ласкать мой член. Но я стараюсь уделить внимания второй ножке ничуть не меньше, чем первой. Снова смотрю на Свету. Сейчас она стоит за головой своей пациентки, они страстно целуются. В этот момент Света своей правой рукой резко задирает юбку девушки до пояса и начинает гладить ее промежность. С губ пациентки срывается тихий стон. В ответ на это рука Светы забирается под колготки, и теперь лишь тонкие кружевные трусики защищают нежную плоть от настойчивых пальчиков. Света расстегивает несколько верхних пуговиц халатика и освобождает из лифчика свою грудь. Я хорошо вижу, как сильно возбуждены ее соски. Они торчат, словно маленькие столбики. Света достает руку из колготок своей пациентки и смазывает соком, который остался на пальцах, сосок своей правой груди. Эту грудь она просто впечатывает в лицо девушке, практически заставляя ее облизывать сосок с таким знакомым ей вкусом. Затем Света опять опускает руку в промежность, только на этот раз ее пальчики ныряют за трусики. Мне хорошо видно, как указательный пальчик погружается почти полностью, затем к нему присоединяется и средний. Несколько незамысловатых движений ладонью, и рука Светы опять смазывает сосок, на этот раз другой груди, и опять погружает его в ротик пациентке. Я больше не могу сдерживаться, аккуратно опускаю ножки девушки на кресло, и подхожу к Свете. Беру ее ладошку, пальцы на которой блестят от смазки, и старательно облизываю каждый пальчик. Резкий вкус женской промежности просто сводит меня с ума. Я целую Свету в губы, давая ей возможность почувствовать вкус пациентки. При этом мои руки приподнимают белый халатик и ложатся на попку. Тут я чувствую, что на Свете нет трусиков. Она целый день на работе ходит без трусов! Моя правая рука перебирается Свете между ножек, и я чувствую большое влажное пятно, показывающее сильное женское возбуждение. Мне очень хочется попробовать на вкус и Свету. Я опускаюсь перед ней на колени и начинаю яростно целовать и вылизывать ее промежность прямо через колготы. Тонкий черный нейлон препятствует полному контакту с клитором и губками, но именно это заводит меня еще сильнее: | | |
| |
|
Рассказ №2517 (страница 22)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 09/07/2002
Прочитано раз: 857174 (за неделю: 318)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ах, эти письма! Эти проклятые письма! И будь проклят тот час, минута, когда они попались мне на глаза!..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 22 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
- Слушаю, - сказала машинистка.
- Хорошо, посмотрим дальше.
Хаяси вновь углубился в чтение записок Анри Ландаля.
* * *
Песня скелета.
...В это время началось ревю и мы, посасывая через соломинки коктейль, принялись наблюдать за сценой.
- Смотри - воскликнула она.
Занавес маленькой эстрады раздвинулся. На сцене, декорировенной под джунгли, играл небольшой негретянский оркестр. Негры старались изо всех сил извлечь из своих инструментов самые громкие и пронзительные звуки. Они были совершенно голые, не считая колец браслетов, разных побрякушек на руках, ногах и узкой, свободно свисавшей повязки на бедрах, которая при малейшем движении действительно открывала их огромные половые члены.
Публика восторженно захлопала, засвистала. Послышался женский свист и визг.
Оркестранты все убыстряли темп и вот на эстраду вырвались три молоденькие негретянки, потом девочки, совершенно голые, и закружились в бешенном танце.
Публика неиствовала. От свиста, криков, хлопков, казалось, обрушится потолок. А гибкие фигурки танцовщиц мелькали на сцене, выбивая босыми ногами бешенную чечетку.
И вдруг оркестр смолк. Свет потух и только два мощных прожектора образовали на сцене сверкающий круг. Негритянок уже не было.
Мысли моей спутницы, между тем, приняли весьма чувствительный оттенок и она, вплотную подвинувшись ко мне и незаметно поглаживая под столом мой половой орган, принялась рассказывать о связях своих подруг и знакомых из общества с неграми и даже высказывала совершенно откровенно свое желание удовлетворить похоть с одним из них, да еще в моем присутствии!
Кое-что в ее болтовне было интересно и волнующе, но ее мысль о любви втроем, да еще с негром, мне совершенно не импонировала.
Она была возбуждена, нервно мяла под столом мой полунапряженный член и готова была отдаться мне тут же и в любой позе.
Однако к этому я не был расположен...
* * *
Хаяси вновь прервал чтение письма, порылся в папке с донесениями агента Мацурами и, вынув несколько листков, принялся их просматривать.
* * *
Записки Мацурами.
В. - Знаешь у них половые органы очень велики...
Р. - Откуда ты знаешь?
В. - Моя подруга рассказывала... Да вот сам погляди! Второй справа. Видишь? Какой изогнутый, длинный... А когда встанет... А? Представляешь? Этих негров можно иметь за деньги. После окончания ревю женщины берут их нарасхват. А вот, попозже, ночью, когда здесь останется изысканная публика будут специально продавать билеты на их коронный номер.
Р. - Что за номер?
В. - О, это потрясающе! Они будут исполнять танец живота. Шесть мужчин и три женщины. А потом они совокупляются прямо на сцене. Но так как женщин вдвое меньше чем мужчин, то негры дерутся за обладание ими и дерутся самым настоящим образом, до крови, до увечий, до полной потери возможности сопротивляться победителям. О, ты бы видел!...
Р. - Интересно...
В. - Подружка рассказывала, что она под негром два, а то и три раза кончила... А с мужем никогда не было больше одного раза...
Р. - Не понимаю...
В. - Погоди! А Мэри... Помнишь, та что я тебя с ней знакомила позавчера?
Р. - Маленькая, Элегантная такая?
В. - Да, да! Так вот, она с мужем взяли после ревю к себе негра.
Р. - С мужем?
В. - Ну, да. Так вот, она кончила под негром три раза, а потом еще под мужем один раз.
Р. - А муж?
В. - Он стоял и смотрел на них.
Р. - Гм...
В. - Говорят, что это очень возбуждает.
Р. - Кого?
В. - И женщину и мужчину. Мэри, например, говорит об особенной двойной сладости при совокуплении с одним под взглядом другого. И ее муж был очень возбужден и тут же при негре взял ее...
Р. - Да...
В. - Знаешь, что? Давай после свидания с "ним" возмем того, что сидит вторым с права... А? Я побуду с ним, а ты посмотришь... А потом... ты меня... А почему у тебя не стоит?..
Р. - Я думаю о другом.
* * *
- В этом месте тоже сделайте заметку, - сказал Хаяси, передавая машинистке просмотренные листки донесения агента Мацурами.
- У него точность магнитофонная! Да и ловкость обезьяны!
Хаяси снова взялся за записки Анри Ландаля по письму Мэг.
* * *
Песня скелета.
... Однако к этому я не был расположен. Меня занимала мысль о значительном запоздании "его". Кроме того, я заметил новое легкое покачивание портьеры, как будто кто-то стоял за ней и пошевелился. Я решил понаблюдать за портьерой...
Но здесь мое внимание привлекла сцена. И даже моя спутница заинтересовалась необычностью постановки, оставила меня в покое и не отрываясь смотрела на сцену.
Музыка играла что-то тянучее и очень волнующее.
И вдруг на сцене в центре круга, образованного прожекторами, возникла фигура, фигура необыкновенно худой, черной и совершенно обнаженной женщины. Ее тело было разрисовано под кости скелета и производило жуткое впечетление. Казалось, скелет, стоит на сцене, родрагивая в такт музыке.
Внезапно фигура заговорила. Ее низкий и хрипловатый речитатив, усиленный микрофоном, проникал в мозг так, что захватывало дыхание и какими-то спазмами сжимали горло...
В зале была мертвая тишина и только голос: невероятный, проникающий в каждую клетку, наполнял все вокруг. Она пела, если это можно назвать песней, о Хиросиме:
Сожженый ветер.
Миллионы трупов
Развеет пеплом
По всей вселенной...
Пока не поздно
Молитесь люди
И гордо ждите
Мгновнья смерти...
От слов и исполнения веяло ужасом. Прожектора померкли и тело артистки засветилось мертвенными отблесками.
Одинокий женский крик слегка заглушил начало новых строк:
От звездной вспышки
Планеты рухнут
И пламя ада
Сойдет на землю
Лишь холод смерти
Остудит душу!
Пока не поздно
Молитесь, люди...
Женщина извивалась в такт музыке и словам... и вдруг рухнула на пол безжизненной грудой костей...
Вот и ве, что я помню. В этот момент я чувствовал какое-то смутное беспокойство, щемящую сердце тревогу...
Как в тумане всплывает у меня в памяти тот момент, когда кости скелета рушились... Да, именно тогда своим боковым зрением я, как буд-то, заметил плавное движение портьеры и какую-то тень... А может быть мне все это почудилось? Однако, я сделал в тот миг какое-то сильное, инстинктивное движение в сторону и тотчас ощутил невиданный, режущий ролчек в спину, странный такой толчек... И будто еще сверкнул яркий луч и тот час погас. Наступила ночь...
Да, ничего болше моя память не сохранила.
* * *
Хаяси слегка постукивая пальцами по этим, прочитанным до конца запискам Анри Ландаля, что-то обдумывал.
- Амина, не припомните ли вы, в какой серии находится перехваченное нами донесение Августа Крюге? Кличка, помнится, "Желтый".
- Серия "А".
- Найдите, пожалуйста.
Спустя пару минут Хаяси, перелистав несколько страниц в принесенных Аминой донесениях "Желтого" и найдя нужное место, принялся тщательно его просматривать.
Донесения Крюге/Желтого.
... 13 апреля ...
...Моя парочка прекратила болтовню и уставилась на сцену.
Японец за портьерой продолжает следить за моей парой и что-то записывает.
Феерия со скелетом на сцене, видимо, идет к концу. Очень плохо видно. Подойду к своему объекту поближе. В зале стало почти темно.
Я остановился у намеченной мной колонны, как раз позади японца, почти сливавшегося с тенью портьеры.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 22 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
