 |
| |
| | Трогая его уже стоящий, огромный член Лиза уже не могла ждать от него каких либо действий и сама сняла с себя трусы. . Парень не умело забрался на неё. Ощущая член на своём животе она понимала, что он великоват для неё прошептала -Ты не спеши, давай потихоньку будем это делать, я тебе помогу. Взяв член в руку она подвела его к своей дырочки раздвинув её губки другой рукой она ввела головку в неё, которая не смотря на влажность в ней не очень хотела пускать его в себя. Ты чувствуешь мою дырочку? -спросила его Лиза. Да -ответил он. Ну вот молодец теперь давай потихонечку надавливай вводи его глубже, только не спеши, а то мне больно. Член медленно погружался в неё, раздвигая влагалище напоминая гинекологический инструмент. Когда он упёрся внутри она сказала, что ты полностью там и теперь можешь им работать. | | |
| |
|
| |
| | - Ну вот... В основном страпон используют лесби и би пары, для того чтобы доставить удовольствие партнеру. Дилдо в основном используют одинокие женщины, но бывает и мужчины, для собственной стимуляции влагалища или простаты, в случае с мужчинами. - все также подробно объяснила мама. - Я так поняла тебе и самому нравится, когда женщина ласкает твою попку? Тебе ведь понравилось как я ласкала пальчиком твою дырочку в ванной? Только честно! Здесь нет ничего стыдного. | | |
| |
|
| |
| | Он почувствовал, как обмякла мама в его руках. Как стала просто женщиной ждущей ласки и любви. И он ей это даст! Мишка осторожно и не ловко ткнулся Ольге в губы. Поцелуя не получилось. Ольга открыла смеющиеся глаза. Он и целоваться не умеет. Мишка смутился. "Все хорошо, сынок. Все хорошо. "-Ольга шептала это на ухо Мишке, чувствуя, как под рукой напрягается плоть. Она спокойно разделась перед сыном. Пусть посмотрит! А то вдруг передумает. Потом раздела Мишку. Постелила на пол простыню и легла на нее, расставив согнутые в коленях ноги. Она потянула Мишку к себе: "Ложись между ног. Дай мне твоего красавца в руку. А теперь потихоньку двигай ыперед. Ох!!! Да! Вот так! Вот так! А-а-а! Тебе хорошо?" Мишка почувствовал, как его член вошел в мамино лоно. Как в нем тепло и уютно! Он попытался подражать порноактерам, но Ольга остановила его: "Не надо! Пусть будет, как будет. " Мишка видел только мамины глаза. Уставшие, заплаканные, счастливые. | | |
| |
|
| |
| | Виктор Николаевич несколько раз пытался протолкнуть головку мне в горло, но я начинала задыхаться и он оставил это дело, еще через несколько минут он понял, что я фелоню и сказал "Ая-яй Ирина Михайловна" После чего Виктор Николаевич вытащил член у меня из рта, резко взял меня за руки поднял с кресла, развернул спиной к себе и поставил меня на колени в кресле, в позе собачкой. Я опешила от такой наглости и в этот момент почувствовала как Виктор Николаевич задрал мне юбку и приспустил колготки, а я в этот момент думала только о том, как хорошо, что я вчера побрила свою киску и одела сегодня новые трусики. Виктор Николаевич спустил трусики и резко припал губами к моей киске. я почувствовала его язык на своем клиторе и тут он говорит, а кому- то понравилось играть на флейте. И действительно я опустила взгляд между ног и увидела, что на своих трусиках следы влаги, мой организм меня предал. | | |
| |
|
Рассказ №22692 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 25/03/2020
Прочитано раз: 17287 (за неделю: 3)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кому из нас в данный момент было хуже, трудно сказать. Но если Лён в самом худшем случае лишился глаза, то я находилась в предынфарктном состоянии, именно это себе вообразив. Выбить глаз Повелителю Догевы, метнув в него краденым кристаллом, пусть даже нечаянно - только я могла вляпаться в подобную историю! Я представила, как со всей Догевы сбегаются вампиры, как они в ужасе толпятся у носилок, на которых лежит, душераздирающе постанывая, их обожаемый Повелитель, далеко не такой симпатичный, как прежде, и Старейшины, пораженные его скорбным обликом, указывают на меня трясущимися от праведного гнева перстами, а потом:..."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
В начале весны в деревню пришел обоз с мукой и мороженым мясом. Заиндевевшие лошади со спавшейся в ледышки гривой привычно остановились у ворот. Ими управлял мертвец, закутанный в волчью шубу - старминский купец, торгующий с отдаленными поселениями. Сегодня он не требовал денег за свой товар, и люди дрались за его шубу, как настоящие волки.
Вместе с купцом пришла чума, его последняя подруга. Она неслышно прокралась в избы, отогрелась у жарко натопленных печей и спустя неделю вышла на охоту.
Первые три могилы еще кое-как выдолбили в мерзлой земле за частоколом. Остальных складывали сверху, заваливали смолистыми еловыми лапами и поджигали. Прогорев, костры ядовито скалились из груды пепла обугленными черепами. По утрам с них вспархивали сороки, вертлявые, длиннохвостые, вечером степенно расхаживали вороны.
Насытившаяся чума остановилась на четвертом десятке. Из двадцати пяти уцелевших девять медленно выздоравливали, остальные ежечасно искали страшные метины на коже, но боги миловали. Костры за частоколами угасли, пепел подернулся серым снегом. В деревне осталось девять мужчин и пятнадцать женщин, из детей выжила я одна. Никто не хотел заново обживать проклятое место. Собирались, как только потеплеет и подсохнут тропы, разбрестись по окрестным деревням, по родственникам. Я временно жила с дядей, братом отца, потерявшим жену и пятерых детей. А зима все затягивалась. То ударят морозы, то повалит снег, то оттепель нагонит воды под самый порог. Продукты снова подходили к концу, когда я приметила тянущиеся к деревне подводы. Встречать их высыпала вся деревня - не выходя, впрочем, за частокол. Кто их знает, гостей незваных, - вдруг разбойники какие, банда татей лесных. Да и с теми можно договориться, лишь бы, не разобравшись, стрельбу по встречающим не открыли.
Мне все было видно и отсюда, с соломенной крыши сарая, куда я вскарабкалась в поисках необмолоченных колосков. Странный это был обоз. Три телеги, а на них горой, под дерюгой, что-то гремящее и угловатое. Впереди двадцать воинов на лохматых лошадках, и сзади столько же. Война, что ли? С кем? Кому мы, болезные, потребовались?
Обоз встал под вековым дубом, в пятистах локтях от частокола. Воины смотрели насторожено, не спешиваясь. Наконец вперед выехал десятник на саврасом коне, косясь на своих и поминутно проверяя направление ветра обслюнявленным пальцем. Его смелости хватило локтей на двести.
- Много вас тут? - завопил он, прикрывая нос кожаной рукавицей.
- Есть чуток! - радостно откликнулся мой дядька, шагнув было за ворота, но воины немедленно ощетинились взведенными арбалетами, и он поспешно отступил назад. - Кто не помер, тому уже бояться нечего, две недели хворь не сказывалась! Заходите, не тревожьтесь - схлынуло моровое поветрие!
Десятник, не отвечая, повелительно махнул рукой. Молчаливые воины редкой цепочкой окружили деревню, за ними с надсадным скрипом потянулись телеги. Под сдернутой рогожей оказались пузатые бочонки в черных потеках.
Кто-то из мужиков, смекнув, к чему идет дело, перемахнул частокол и припустил к лесу в отчаянной надежде прорваться между двумя воинами. Короткий арбалетный болт целиком скрылся под его левой лопаткой. "Спасатели" сноровисто выбивали днища бочек, с размаху плеща на частокол вязкой смолой, пока десятник неторопливо разжигал соломенный факел. Я кубарем скатилась с крыши, метнулась туда-сюда - бежать некуда, черный удушливый дым слепит глаза, першит в горле, люди мечутся в огненном кольце, натыкаясь друг на друга. Брызгами разлетаются искры, гудящим пламенем разрастаясь в соломенных крышах. Частокол пылает, близко не подойдешь, сухо тренькает арбалетная тетива, не выпуская за ворота, в ушах звенят истошные вопли, и не разобрать, чьи - то ли воет перешибленная бревном собака, то ли заживо горящая женщина:
Только ребенок надеется укрыться от смерти в родном, пусть и горящем доме. Это меня и спасло. Ослепленная клубящимся внутри дымом, я споткнулась о кадушку в сенях и с визгом провалилась в открытый подвал. Крышка, за которую я судорожно попыталась уцепиться, хлопнула над моей головой. Скатившись по лестнице, я на четвереньках отползла в угол и забилась между ларем и стеной, поскуливая от боли и страха. Дым медленно истаивал под потолком, глинобитный пол холодил ушибленный бок. К реву пламени добавился грохот падающих балок - последнее, что я запомнила, прежде чем потерять сознание.
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 80%)
|
