 |
| |
| | Андрей был симпатичен... да, вполне симпатичен, и хотя симпатичность эта уже сама по себе была вполне самодостаточна, то есть не могла не обращать на себя внимание, но Никите, который не смотрел на парней с той зрения их симпатичности, даже не это было главное, - лицо Андрея было каким-то удивительно живым, открытым, располагающим, готовым в любой момент откликнуться искренней улыбкой, причем готовность эта читалась на лице даже тогда, когда Андрей улыбаться не собирался, и это выражение делало лицо Андрея, и без того симпатичное, не просто симпатичным, а обаятельно симпатичным... бывают такие лица, на которые и легко, и приятно смотреть - от людей с такими лицами априори не ждёшь ничего плохого, и потому Никита, лёжа под Андреем, как-то странно успокоился... | | |
| |
|
| |
| | Иногда мне кажется, что она это чувствовала и дразнила меня: одевалась в какие-то немыслимые маечки и брючки в облипочку, изгибала спинку и выставляла попку, стреляла из-под своей меди зелеными искрами глаз и облизывала шариковую ручку, вдруг прикасалась ко мне поверхностно, вскользь, смеясь над чем-либо (я еще и шутил, представляете!?) , играла пальцами в свете настольной лампы, от чего светился золотой, чутьзаметныйпушок у нее на руках: Эх! Счастье, все-таки - есть! | | |
| |
|
| |
| | Летом на даче я любила подглядывать в туалете. У нас он был из двух смежных кабинок, в одной из них хранились разные инструменты, и туда никто не ходил. Там я и пряталась. Естественно между кабинками были щели и дырки в стене. Запомнилось не много. Тогда я удивлялась, что мужчины, после того как пописают, не вытирают письку. Мне было интересно и забавно, как они вместо нежного промакивания интимных мест трясли своим членом, обрызгивая все вокруг. Хорошо запомнилась мама. У нее всегда были красивые трусики, причем каждый день разные. Она очень аккуратно писала, красиво промакивалась. Мне нравилось, как в дни менструации (у меня тогда ее еще не было) она туго сворачивала использованную прокладку, тщательно и с любовью и лаской вытирала письку, а затем укладывала в трусики новую. Чаще всего в эти минуты я онанировала. Однажды мама заметила пятно крови на своих трусиках и выкинула их в ведро. Когда мама ушла я вытащила их из ведра (в ведре больше ничего не было) и долго их рассматривала и нюхала. Кажется, тогда у меня был первый настоящий оргазм. | | |
| |
|
| |
| | Мне нравится смотреть на лица, залитые спермой, тем более, когда это мое лицо, но я была совершенно не готова к тому, что я увидела в зеркале. Засунув палец в джинсы, чтобы "обработать" свою щель, я принялась рассматривать блядешку в зеркале. Ее блузка была все заляпана спермой и расстегнута, выставляя напоказ ее большие груди, помада вся смыта, за исключением маленького кусочка в одном углу рта, румяна смыты спермой и растеклись потоками на щеках, слипшиется от спермы волосы с одной стороны и в довершение дорожка спермы от рта уходит к грудям. Рассматривая себя в зеркале и дроча себя пальцем я получила самый мощный оргазм за вечер. | | |
| |
|
Рассказ №18357 (страница 3)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 99673 (за неделю: 5)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Но вот однажды, ниоткуда,
И в грудь твою влетал пожар,
И становился ты зануда,
Любви испытывая жар.
И подойти всё не решался,
Затеять первым разговор
Ты с ней стеснялся, опасался
В ответ лишь получить отпор.
Вот так и Сэм в горниле страсти,
С утра приехав в старый двор,
Мечтал о лучшей ипостаси,
Никак нейдя на разговор.
Он в голове крутил сюжеты,
Как подойти, и что сказать.
Он сочинял в душе сонеты,
Их не решаясь прочитать.
Он ждал. Так будем терпеливы,
Незримой тенью за спиной,
Не нервные, и не ворчливы:
За мной, читатель мой, за мной!
2
Ах, как приятны ароматы,
Что в носопырку к нам летят
Цветком лаванды или мяты
От наших избранных девчат.
Ты запах этот издалёка
Средь многих сразу узнаёшь,
Очнувшись посреди болота,
В трясине топкой ты плывёшь
По направлению навстречу
Своей погибельной мечты.
Я помню, за слова отвечу!
А помнишь ли об этом ты?
За шлейфом облачным - виденье,
Где источая свет, искрясь,
Стоит она в лучах знаменья,
Запав к нам в душу не спросясь!
У каждого она иная,
У каждого она своя,
В одёже - всё равно нагая,
Желанна - просто донельзя!
Она хрупка, она покорна,
Она сильна, она безвольна,
Она - мечта, она - полёт,
И водопад струистых вод.
Она нам дарит вдохновенье,
Она на подвиг нас зовёт,
Она - единое стремленье
Всех наших помыслов до йот!
Она одна любвеобильна,
А как в постели хороша!
И дьяволица, и богиня,
Горит, горит в огне душа!
Всё, что испытывал ты в жизни,
Всё это чувствовал и Сэм.
Любовь желанна в пенной тризне,
И башню сносит насовсем.
3
Но, чу! Вот запах. Сэм напрягся.
Сейчас откроется подъезд.
Тут хуй предательски поднялся,
И из ширинки вверх полез.
Здесь отступленье небольшое
Позволю я себе создать,
И дальше, как пиписка, стоя,
Гимн онанизму написать!
С тех давних пор, когда на землю
Упало семя в первый раз,
И человек, забыв про еблю,
Ладонью ощутил оргазм,
Увидев, как дрочáт собачки,
Как мастурбируют ослы,
И как довольны до усрачки
От дрочки хоботом слоны,
Как лихо дно скребут дельфины,
Как пежут руку шимпанзе,
Как извиваются мудины
И не скучают по пизде!
Какие классные виденья
Тут возникают в головах:
То фею пялишь без смущенья,
Забыв про совесть и про страх!
То сразу горсть на хуй навесишь,
Как на шампур из зада в рот!
Фантазией накуролесишь,
Того, что жизнь вам не даёт!
Так славься Онанизм великий,
Собою ты опутал свет!
Акт Мастурбации столикий
Да здравствует из веку в век!
Сэм, ощутив свой член ладонью,
Сомкнул на нём свои персты,
Играя, словно бы гармонью,
Прошёлся он туды-сюды.
Затем смелей за ствол он взялся,
Ловя экстаз от амплитуд,
Он онанизмом забавлялся,
Как древний пахарь, славя труд!
Библейский в нём Онаний ожил,
В него влетел маркиз де Сад.
Он воробьёв всех растревожил,
А кончить всё не мог никак.
Она - всё ближе, он всё чаще
Дрочит, залупу злобно тря,
И воздух изо рта свистяще
Разносится, да только зря!
Его усилия бесплодны:
Ну, Сэм, давай! Давай, кончай!
Сжимай свой орган детородный,
Излейся с воплями: "Банзай!"
Темно у Сэма пред глазами,
Хуй дёргает, как будто тик.
Колдует пот над волосами.
Давай, Сэм, надо кончить стих!
И вот, ура! Ужель кончает?
Да, жидкость вырвалась стремглав!
Тут дверь подъезда отворяет
Не кто иной, сама Она.
Часть III
Сэм-кавалер
1
Она встряхнула волосами,
И, улыбнувшись, прочь пошла,
Круги у Сэма пред глазами,
"Ах, хороша! Как хороша!"
Оправил Сэм свой внешний облик,
И припустил вдогон за ней,
Как вдруг ожил дворовый столик
И вышло шестеро парней.
"Стоять!" один ему навстречу.
"Что за урод?" вопит другой.
"Видать приезжий издалеча.
Ну, ты попал сейчас, родной!"
"Пиздянок огребёшь сполна ты,
Чтоб знал, куда ходить нельзя!"
Подсечку сделал тут "сохатый" ,
И из-под ног ушла земля.
Кто не испытывал ни разу
Слова что значат "двор на двор"?
Кого не пиздили заразы,
Страницы: [ ] [ ] [ 3 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 80%)
|
