 |
 |
 |  | Но я не хотела останавливать сладкую пытку, которую я творила над ней, чувствуя приближающийся оргазм, я отрывалась, а потом снова жадно впивалась в ее жаждущий клитор. Всё это было так... ммм... невероятно потрясающе: я доводила до изнеможения Машу и была сама на грани взрыва... Я сама уже не могла спокойно ласкать Машу, мое дыхание то и дело сбивалось в стоны. . Аллочка сильно нажала на мой клитор язычком и стала "усердно" ворочать свой язычок на клиторе. . нет, этого я уже не могла выдержать. . Моя спина выгнулась, рот сильно-сильно впился в Машину киску, на мгновенье мне показалось, что я схожу с ума, предметы вокруг завертелись в бешеном ритме, мне было так хорошо, нет, "хорошо" - не то слово, я словно парила в воздухе, я кайфовала в оргазме и это было прекрасно. . восхитительно... О, да. . С небес на землю меня спустил крик оргазма Маши. . Оказывается, "витая" в оргазме, я не переставала лизать мою девочку, и она кончила... о, Боже, КАК она кончила. . она кончала ужасно долго, ярко, метая голову из стороны в строну, ее ножки сотрясала дрожь, она была словно в лихорадке... В это время Аллочка слизывала с меня то, что "выделил" оргазм... Машенька закончила кончать и в изнеможении лежала, она смотрела на меня удивленно, словно бы еще не осознавая, что это было и как можно получить такое грандиозное наслаждение... Ее слова подтвердили мою догадку: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Матвей Изольдович осторожно перевернул Наташу на столе попкой к себе и поставил её на четвереньки. "Ли, лапочка, подержи вот здесь кулачки! . ." , он потянул Лику за ладошки к Наташиной попке, "Нат, скажешь, когда хватит!". Лика упёрлась кулачками в Наташины булочки, а директор расстегнул три нижние пуговицы на рубашке, обнажив заросший чёрными волосами живот, и стал чуть подталкивать Наташу под попку головкой своего члена. Маленькая щелка с трудом натягивалась и не пускала с полминуты его, но потом, словно нечаянно, поддалась и сразу вся ставшая огромной головка скрылась в растянувшихся губках Наташиной письки. Мелкими осторожными движениями Матвей Изольдович загонял всё дальше и дальше. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Обрезанный член действительно доставлял какие-то совершенно новые ощущения. Анюта целиком властвовала, владела этим "ботаником" , и оттого возбуждалась ещё больше. Она гордо восседала на нём, желая услышать, в конце-концов, мольбу о пощаде от обессилевшего очкарика. Но тот, на удивление, оказался "крепким орешком" и даже не думал сдаваться. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я работала медленно и аккуратно, и наконец наложила последний шов. Эш начал приходить в себя, но ещё ничего не соображал - лишь постанывал тихонько. Вряд ли он понимал, что с ним происходит. Я помыла сперва его, а потом и себя, сложив отходы от операции в полиэтиленовый мешок. Мешок, в свою очередь, оказался в мусорном баке, который, как я знала наверняка, опустошат завтра утром. Я подумывала, не замариновать ли органы Эша в баночку для потомства, но к этой затее у меня как-то не лежала душа. Перед уходом из темницы я положила на матрас фотографии Венди, а также записку, где сообщалось о заднем дворе и рекомендовался уход для пациента. Уходя, я оставила ключ в замочной скважине. |  |  |
| |
|
Рассказ №18357 (страница 9)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 05/11/2023
Прочитано раз: 99292 (за неделю: 129)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 9 ] [ ] [ ]
Сэм нервничал, куря в окошко,
Тут сзади Алла подошла,
И с трепетом, дрожа немножко,
Она вдруг Сэма обняла.
4
"Да! Так! Сильней!" , она шептала,
"Ещё! Давай! Не тормози".
И извивалась, и стонала,
И дёргалась, лежа под ним.
Он ей на ушко: "Алла! Алла!
Люблю тебя! Нет, это - сон!"
Всё сбилось в кучу покрывало,
Из Аллы лез протяжный стон.
"Сейчас, любимая, кончаю!"
"Да, да! Люби меня ещё!"
"Ах, я любовью изливаюсь:"
И Алле стало горячо.
Струя ей лоно оросила,
И горной речкой понеслась,
А Алла здесь заголосила,
В порыве страсти изойдясь.
Ох, я о чём, читатель милый?
Как будто ты того не знал,
О чём поведал я вполсилы!
Как будто ты не испытал
Ночей бессонных, стонов милой,
Кончаний бурных, страстных слов,
Всего, что, господи помилуй!
Несёт с собой Сама Любовь.
5
Тот, кто ночей совсем не знает,
Боюсь, не знает ничего.
Ночами звёзды зажигают,
Ночами пишется легко,
Ночами падают кометы,
Ночами таинства творят,
Ночами слишком мало света,
Ночами любят и парят.
Тот, кто не видел неба в звёздах,
Средь дня не смотрит на цветы,
Не размышляет он о пёздах,
Он так далёк от красоты!
Он лишь живёт, пока живётся,
А время кончится - помрёт.
Не плачет он и не смеётся,
В застольях песен не поёт.
Он не расскажет анекдота,
Он - просто средний человек!
Он не хохмит, не обормотит,
Он просто проживает век.
Ночь - это чёрная полоска,
Длиной с заката до рассвета.
Ночь - глубока, и ночь неброска
Не стоит забывать про это.
Сэм с Аллою спокойно спали,
Любовь кружилася над ними,
Они счастливо обнимались,
Паря в ночной небесной сини.
6
Вот снова утро над столицей.
Сэм приоткрыл свои глаза,
А рядом сказочной царицей
Спит Алла, дивная краса.
Сэм, не стесняясь, любовался
Ложбинкой каждой и подъёмом,
Он разбудить её боялся
Случайным и счастливым стоном.
И Алла тут пошевелилась,
Вниманье чувствуя на теле,
Его вниманьем не смутилась,
Чего стесняться, в самом деле?
Она так томно потянулась,
Что Сэма стало чуть-чуть больше.
Она же хитро улыбнулась:
"Ах, с добрым утром, мой хороший!"
Теперь уж Сэм не хоронился,
В неё он впился поцелуем,
У Сэма кто-то шевелился,
От напряжения кайфуя.
Сэм пальцами играл с грудями,
То бусинки сосков сжимая,
То обжимая, как цепями,
То разводя, то поднимая.
И Алла, в сладком поцелуе
Разнежилась, воспламенилась,
Его яичками балуя,
Вскочила сверху, взгромоздилась.
Тут начались такие скачки,
Что мы, пожалуй, выйдем вон.
Пусть наебутся до усрачки,
Мы к ним попозже заглянём.
7
"Алло! Алло! Милиция? 02?
Вас беспокоят с маршала Чуйкова!
У нас такое здесь, что кругом голова!
Кто вам звонит? Гражданочка Фролова!
Пенсионерка. Да, я здесь живу.
Здесь драка - ужасть! Всё в крови по-всюду.
Нет, не работаю. Да нет, совсем не пью.
Наряд поехал? Да, встречать я буду".
"По коням!" , вскрикнул молодой майор,
"Тут беспорядочки по маршалу Чуйкова.
Там пацаны устроили разбор,
И местным крайне сделалось хуёво".
Майор прибыл на место с операми,
Кровищи - море, бабушка права.
И видно: бились голыми руками,
Ну а потом - умчались кто куда.
Ищи их по дворам да закоулкам,
Нет в деле ни патрона, ни ножа,
Одно упоминанье о придурках,
И бабушка соврала - не ждала.
А значит, нет свидетелей, о, боже!
Опять он на пустышку прилетел.
Он этой бы Фроловой дал по роже,
Чтоб не срывала их с серьёзных дел!
С игры в козла, и с чтенья братьев Вайнер,
И с поиска реальных бандюков!
Хотел отбой дать, на мгновенье замер,
Чутьё ищейки вдруг лишило его слов.
Здесь было что-то очень непонятно:
Вот след от тела, кто-то здесь лежал.
Початая бутылка, вот занятно,
Следы здесь, будто тяжесть кто таскал.
Следы ушли по направленью к лесу,
А опера - за ними наугад.
И через час блужданий, с интересом,
Они на труп раскопанный глядят.
Был парень молод, был он не обобран -
Часы, бумажник, паспорт - всё при нём.
Скорее, в пиздилке крутой он был задол-бан,
А позже, в этот лес перемещён.
Непрофессионал трудился, вывод ясен,
Он неумело заметал следы,
Но он для общества совсем небезопасен,
А значит, путь один - под свод тюрьмы.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 9 ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
|