 |
 |
 |  | Я почувствовала, как дрогнула внутри меня его плоть. Но он удержался, не кончил. Так и не пролив ни капли, уступил место второму, а второй, несколько минут спустя, третьему. Потрахав меня по очереди, они встали надо мной и принялись дрочить над моим лицом. Ну это уж слишком! Я попробовала отвернуться, но Игорь крепко держал мою голову, не позволяя мне увернуться, и когда из первого члена брызнула струя, он пальцами приоткрыл мой рот, размазывая чужую сперму по губам. Они кончили почти одновременно, все трое мне в рот, щедро пролившись остро пахнущим семенем. От того, что все это длилось довольно долго, я чувствовала себя насквозь пропитанной чужой несдержанной страстью. Не дожидаясь, пока последний из мужчин уронит последнюю каплю, Игорь лег на меня сверху и, вставив член в изнемогающее от перевозбуждения лоно, одновременно приник к моим губам. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я не забыла и про плетку, начала его хлестать по спине, добиваясь большего возбуждения. Он так увлекся, что я тоже потеряла контроль над собой, в последний момент он вздрогнул, ужаснувшись, что так вольно повел себя со мной. Я не выразила недовольства, только оттолкнула его, дав этим понять ему, что заигрался. Но адреналин в крови зашкаливал. Он застонал от переизбытка чувств. Моя хватка ослабела, и он получил возможность вдохнуть полной грудью, хотя ошейник плотно сдавливал его шею. Я даже успела ухватить ускользающую из сознания мысль, что если он собьется, и я не смогу кончить, то я жестоко накажу его. Что-то меня сегодня в нем раздражало, наверное, его эмоциональное истощение передалось и мне, но я не могла себе позволить ему это показать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Так, надо спешить, впереди твое посвящение, дорогой. Мы удалились из зала и вошли в другую комнату, она была скажем так с бдсм тематикой, в полном ее обьеме. А сколько там было игрушек, офигеть, можно было магазин открывать. Мы прошли в центр этой тематической комнаты и она приказала встать на колени и завязала глаза, хорошо хоть не вонючими трусами. Мне уже самому стало интересно, что же в ее понимании посвящение в рабы? Она возьмет книгу в руки типо псалтыря и зачитает мне мои права, а я буду как дебил кивать и со всем соглашаться, меня манила неизвестность, страх и боль сменило любопытство. Моя Госпожа вышла из комнаты и вернулась в сексуальном наряде, блин я так возбудился. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | После такого, весь день у меня во рту стоял вкус мочи. На заднем дворе школы в лесопарке меня так же ставили на колени и били ногами, харкали в рот, вытирали грязные подошвы об язык, катались на мне верхом, как на лошади и заставляли чистить языком обувь. И когда в дальнейшем, Яна меня била при других школьниках, я всё меньше сопротивлялся, потому что не хотел больше жевать туалетную бумагу, перепачканную говном, которой Яна вытирала жопу после туалета. Как я пережил школьные годы, я не знаю, это был кошмар в постоянном унижении и издевательствах от девчонок. Марина Викторовна контролировала моё положение и отношение ко мне в классе, не давая распространяться слухам и как-то ограничивала возрастающие садистские потребности одноклассниц. На Яну, Лену и Алёну я мог пожаловаться только ей. И Марина Викторовна мне обещала повлиять на них, при этом глядя на меня сверху вниз, с улыбкой стряхивая сигаретный пепел и сплёвывая мне в рот. Я был в полновластном её подчинении. |  |  |
| |
|
Рассказ №18357
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 25/06/2016
Прочитано раз: 98017 (за неделю: 40)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пролог
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Пролог
С тех давних дней,
Когда родились люди,
Когда они разумней стали обезьян,
И полысели очень сильно груди
(Остались волосы лишь у армян,
Азербайджанцев и грузин,
Да у чечено-ингушей) ,
Как много раз был слышен вопль:
"Victoria!!! Победа!" Пыль
Взвивалась из-под ног босых
Толпы могучей. И с криками "Ура!"
В пивнушки разбегались. И позже, их уже косых
Видали на дорогах, и вслед кричали им: "Vivo!
Да здравствуют синьоры.
Победа! Независимость! Уры-ы-ы!
И слово-то не сложное: "Победа".
Но стоит лишь кому-нибудь сказать его
И сразу прояснятся очи,
Уставший вновь получит сил
И сможет рок-н-ролл отбацать
На асфальте под жарким солнцем
Южных парижан. И крикнет
На распев, как слышал в детстве: Да!
ПО-БЕ-ДА! ПО-БЕ-ДÁ!
Но ведь победой отличиться
Можно не только на войне,
И побеждать надо учиться
При мире на другом фронтé.
Кому намёк не очень ясен,
Могу сказать я прямо в лоб,
Хотя такой дурак ужасен.
Нет не дурак! А остолоп!
Ужель писать мне надо прямо,
Что этот фронт любовью звать?
И что на нём ебаться надо,
Мух не ловить и не зевать?!
Нет, я уверен, что читатель
Поймёт меня без лишних слов,
А я - презреннейший маратель, -
Историю вам расскажу с азов.
Нельзя сказать, что поучительную,
И не совсем нравоучительную,
Скорей немного пошлую,
Как Сэм ебался с Кошкою,
Прекрасною девицею,
Стремительной куницею.
Сравнить её ни с кем нельзя;
Неописная красота!
Зовут её все Аллой:
Ну, я начну, пожалуй!
Часть I
Прекрасное видение
1
К закату солнышко садилось,
В родной Москве был сильный зной,
И время медленно катилось:
Тоска овладевала мной.
Как вдруг с Рязанского проспекта
Свернул парнишка молодой,
Я понял: лучшего объекта
Уже не будет предо мной.
В душе моей родилась повесть
О похожденьях паренька.
Но на Рязанке сё не новость,
И я решил приврать слегка.
Парнишку кличут просто Сэмом,
И этот Сэм решил пойти,
Начистив боты чёрным кремом,
В Кузьминках погулять с тоски.
А летний вечер был прекрасен,
Едва ли дома усидишь,
И небосклон был светл и ясен,
Казалось, прыгни - полетишь.
В Кузьминском парке сплошь берёзы,
Сосёнки, липки и дубки,
Цветут ромашки там и розы,
Фиалки, астры, васильки.
И аромат тончайший в парке,
Глаза закроешь - вмиг уснёшь,
Как будто пригубился к чарке
Старинного вина. Орёшь
Из всей своей ты мочи:
Прекрасный парк! Отлична жизнь!
Зачем мне надо ехать в Сочи,
Коль и Кузьминки хороши?!
И одуревши от озона,
Сэм побежал куда-то в лес,
И на скамейку там залез,
Открывши первый том Дрюона.
Однако ж, не сýждено было
Читать про древних королей
Ему романы. Рядом было
Существо всех-всех нежней,
Всех-всех красивей и милей,
Всех-всех затмить оно могло,
И Сэма мигом обожгло
Присутствие её.
2
Лицо её всех поражало:
Её - незéмна красота!
В глазах её всегда сияло
Такое: Впрочем, хуета.
Зачем хвалить глаза царицы?!
Они прекрасны! Спору нет!
Но у молоденькой девицы
Есть и другой, сокрытый свет.
Писать о том в литературе
Нет смысла. Повесть не пройдёт
Через великий пост цензуры.
А в прочем, может, повезёт?!
Поднимут вой, хай и пиздёжь:
"Ай, караул! Ох, срам! Грабёж!!!
И никакой он не фантаст!
Наш Криптонимов - педераст!"
Однако тут остановлюсь,
Что мне за дело до цензур?
Писать я повесть тороплюсь
Для вас. Не для цензурных дур.
Так вот. Чудесный свет
Её глаза таили.
В них отразился неба цвет,
Они к себе людей манили.
А носик - прелесть, а не нос! -
Меж пухлых щёчек находился,
Не крив, не кос и не курнос,
Такой, каким он и родился.
На щёчках ямочки. Когда
Она немного улыбалась
Заметно их. Но вот беда!
Она ни разу не ебалась.
А губы - маков алых цвет,
К устам уста они тянули,
Как будто созданы для бед
Тех, кто на них хоть раз взглянули.
Теряли все покой и сон,
Она же этого не знала,
И на природы выйдя лон
Она скучала и зевала.
Фигурой пышною своей
Мужчин она всегда смущала,
Две груди сочные, ей-ей!
Она небрежно засувала
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 65%)
|