Рассказ №13802

     В ванной комнате горел яркий молочный свет... отложив в сторону комп-наладонник, Димка медленно приблизил свои губы к ждущим губам Расима, - "поцелуй меня"... разве это было не счастье? И что им было с того, что где-то - за тёмным ночным окном - стояла промозглая осень, и ветер срывал с деревьев последние листья, и дождь барабанил дробью, стучал в окно... что им, двум на полу сидящим мальчишкам, было до всего этого, если в их юных, любовью наполненных душах шумела ликующая весна!
     Жарким упругим кольцом жаждущих губ Димка накрыл, обхватил горячие, податливо сладкие губы Расима, - страстно и нежно целуя сидящего рядом Расима взасос, Димка рукой скользнул парню под полотенце... пятое время года - время счастливой любви, - рука Димки наткнулась на твёрдо торчащий, огнём полыхающий Расиков член, и Расим, почувствовав, как ладонь Д и м ы горячо и страстно обхватила, обжала его распираемый сладостью пипис, невольно раздвинул колени, одновременно с этим чуть подавая бёдра вперёд - открывая доступ к туго стиснутому пацанячему входику... на тот случай, если Димка захочет потрогать, поласкать пальцами т а м; какое-то время Димка сосал Расика в губы, медленно двигая на его члене крайнюю плоть.
     Головка члена у парня от накатившего возбуждения сделалась клейкой, и крайняя плоть сворачивалась под Димкиной ладонью влажно-липким колечком-рубчиком, отчего мышцы ануса у Расима уже полыхали огнём неистребимого мальчишеского желания... так же, как Д и м а, Расим скользнул нетерпеливой рукой под полотенце к Димке - обхватил, сжимая в кулаке, напряженный, горячий, клейко залупившийся пипис любимого Д и м ы...
     
     Страсть бывает неистовой, торопливой, быстрой, все сметающей на своём пути, а бывает медленной - упоительно медленной... это было adagio sostenuto: медленно, словно певуче, они ласкали друг другу напряженно торчащие члены, смещая вверх-вниз на стволах крайнюю плоть, - это был сладостный кайф a due corde - кайф на двух несгибаемо твёрдых мальчишеских с т р у н а х... наконец, оторвавшись от губ Расима, Димка чуть слышно выдохнул - прошептал-проговорил:
     
     - Расик... я люблю тебя... Расик... поцелуй меня!
     
     Словно сладостным эхом вернулись к Расиму его же слова... "поцелуй меня" - горячо произнёс Димка, глядя в глаза Расиму потемневшим от сладкой любви взглядом, и Расик - любимый и любящий Расик - тут же, порывисто приблизив лицо к лицу Д и м ы, накрыл Димкины губы своими...
     Он, Расик, страстно вобрал горячие Д и м и н ы губы в свой жаром пылающий жаждущий рот, по-мальчишески страстно всосался в Димкины губы, чувствуя, как юное неизбывное наслаждение переполняет всё его тело, - Расим засосал Димку в губы, и в тот же миг он, Расим, почувствовал, как пальцы Д и м и н о й ладони, соскользнув с его члена, коснулись мошонки: какое-то время Димка ласкал, нежно теребил пальцами Расиков мешочек, катая, щупая-лаская по-взрослому крупные яйца пятнадцатилетнего парня-девятиклассника...
     Затем пальцы Д и м ы скользнули по промежности сидящего Расима - медленно скользнули между разведённых в стороны ног, и Расим ощутил-почувствовал, как тёплой подушечкой пальца Д и м а нежно коснулся его, Расимова, ануса, - вжимаясь в колечко сомкнутых мышц сфинктера, палец Димкин заскользил круговыми движениями по туго стиснутому входику... млея от кайфа - не отрывая рот от Д и м и н ы х губ, Расим тотчас проделал то же самое: пальцы его руки непроизвольно скользнули по промежности Д и м и н о й, и Димка, сидящий с раздвинутыми ногами, ощутил-почувствовал, как подушечка пальца Расика нежно коснулась его ануса...
     В кайф было, слившись губами в страстном засосе, ласкать друг другу горячие члены, но ещё кайфовей - ещё приятней! - было, всосавшись губами в губы, одновременно с этим ласкать друг другу сладко зудящие пацанячие анусы... любимый - и любящий, любящий! - Расик сосал в губы классно, - Расик сосал Димкины губы страстно и горячо, и Димке хотелось длить и длить - бесконечно длить! - этот сладостный миг упоения п я т ы м в р е м е н е м г о д а...
     
     Наконец, оторвав свой рот от Димкиных губ, Расим перевёл дыхание, - глядя ликующим взглядом в глаза л ю б и м о г о Д и м ы, он, Расик, нетерпеливо прошептал:
     
     - Дим... пойдём на кровать... пойдём?
     
     - Расик, ты хочешь? - выдохнул Димка, в порыве страсти благодарно облизывая - обводя по контуру - кончиком языка мокрые губы любимого Расика... вопрос был заведомо риторическим и потому совершенно ненужным, пустым: они оба уже нестерпимо хотели, оба страстно, неодолимо желали, и не было никаких препятствий на их пути, но Димке вдруг захотелось, чтоб Расик - любимый им Расик - сейчас, в эту последнюю ночь их счастливого проживания в номере гостиницы, сказал "хочу"... как будто он, возлюбленный Расик, мог сказать сейчас "не хочу"!
     
     - Да! - выдохнул Расим, солнечно улыбнувшись Димке - л ю б и м о м у Д и м е... всё тело его пылало набухшим - нестерпимо сладостным - желанием!
     
     - Расик, я люблю тебя... - прошептал Димка, целуя Расима в пипку носа.
     
     - Дима... я тоже... я тоже люблю тебя! Пойдём... - Расим, в порыве давно назревавших чувств невольно - непроизвольно! - проговорив "я тоже... я тоже люблю тебя!", порывисто прижался горячей щекой к горячей щеке любимого Димы.
     
     Он, Расик, с к а з а л... сказал э т о... сказал это в с л у х - проговорил-произнёс, и Димка, ощущая жар прижавшейся к его щеке щеки Расима, замер, почувствовав, как сердце его полыхнуло огнём накатившего счастья... разве это было не счастье - не самое главное счастье в жизни? Он, Расик, сказал... он сказал это, сказал! Разве не это есть счастье для всякого любящего - услышать т а к и е слова от возлюбленного?
     "Расик... " - подумал Димка, закрыв глаза, - Расик, который... который все эти дни, отдаваясь взаимной любви, упорно - сознательно! - избегал слова "любовь"... который искренне верил-считал, что у них, двух парней-пацанов, не любовь, а самая лучшая в мире дружба - настоящая дружба... который, подчиняя свои представления о любви бытующим стереотипам, искренне думал-полагал, что любовь - л ю б о в ь - бывает только в формате "мужчина-женщина"... он, этот искренний в мыслях, в словах и поступках Расик, сказал ему, всем сердцем влюблённому Димке: "я тоже... тоже люблю тебя!"... разве это было не счастье?!
     
     - Расик, скажи еще раз... - тихо проговорил Димка, не отрывая своей щеки от щеки Расима.
     
     - Что? - прошептал Расим, то ли не поняв Димкиной просьбы, то ли осмысливая - осознавая - слова, сорвавшиеся с его губ в порыве неодолимого желания слиться с Д и м о й в одно неразделимое целое.
     
     - То, что ты только что... только что мне сказал... скажи ещё раз! - Димка, оторвав лицо своё от лица Расима, посмотрел парню в глаза.
     
     Лишь секунду они смотрели другу в глаза... почему он, Расим, считал, что у них, у двух парней-пацанов, не может быть настоящей любви?"Парень-девчонка", "парень-парень" - сексуальные ориентации... ну, и при чём здесь это?! Разве дело в форматах, а не в чувствах? Разве любовь - горячая, распирающая душу, рвущаяся из сердца л ю б о в ь! - не выше форматов?"Я люблю тебя, Дима!" - подумал Расим, глядя любимому Д и м е в глаза, и лицо Расима, вспыхнув радостью, тотчас озарилось солнечной улыбкой.
     
     - Я люблю тебя, Дима...
     
     - Я люблю тебя, Расик... - словно эхо, повторил Димка... он порывисто прижался губами к губам Расима - начал страстно, горячо целовать Расима в губы, в щеки, в лучисто жмурящиеся глаза, в пипку носа. - Я люблю тебя, Расик... любою... люблю... - Он, упоённый счастьем Димка, говорил это Расику каждый день - каждый день признавался Расиму в своей любви, а Расим ему, Димке, признался в любви только сейчас, и Димка, словно не веря в то, что он только что от Расима услышал, желая вслушиваться в слова Расима снова и снова, тут же проговорил: - Расик, ещё... ещё раз скажи!
     
     - Дим, ну чего ты... как словно ты маленький, - засмеялся Расим, с обожанием глядя Димке в глаза.
     
     - Расик, я маленький... я хочу... хочу ещё раз услышать... скажи! - отозвался Димка, глядя в глаза Расиму шумящим от счастья взглядом.
     
     - Ты что - мне не веришь? - вновь засмеялся Расим, подумав о том, что это же... это же так очевидно, так просто и сладко, так неоспоримо естественно - им, двум парням, любить друг друга! Как он, Расим, не понимал всего этого раньше?
     
     - Верю! И всё равно... всё равно, Расик... скажи ещё раз! - прошептал Димка, сжимая под полотенцем горячий, возбуждённо торчащий Расимов пипис.
     


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: