Рассказ №11495 (страница 3)

     - Я так думаю: они хотят знать и видеть своих победителей в лицо! А стоять Кутузов будет прямо в фойе, у входа и как бы сразу говорить входящему французу: "Помнишь, друг мусью, как в своё время я вас "мордой да и в говно?".
     - Юрий Семёныч! - взмолилась Оленька.
     - А что "Юрий Семёныч"? Это, душа моя, крылатая цитата! Лев Толстой "Война и мир"! Конец третьего тома, последняя страница и последняя строчка! Можешь проверить!
     - Обязательно, - улыбнулась Оленька, - вот только душ приму и сразу проверю! Чур, я первая в душ! Чур, первая! - и полетела, запорхала прочь и от нас, и от Кутузова.
     - Ради бога!!! - в один голос крикнули мы. - Только не спеши, мы подождём!!! - и тут же притаились, прислушались.
     Как только в ванной комнате захлестала вода, отец и я быстро шмыгнули на кухню.
     Наши руки нетерпеливо схватились за дверцу холодильника и открыли её... наконец-то:
     Стараясь не стучать и не звенеть, мы осторожно достали почти полную бутылку коньяка, тарелку с остатками закуски и тихо присели за стол.
     Я мигом разлил по сто пятьдесят и в полголоса сказал:
     - Ну, что: махнули по второй? . .
     - А во сколько у нас интересно была первая? - серьёзно спросил отец.
     - В пять утра. Я тогда сразу за компьютер пошёл.
     - А-а, да-да, а я сразу лепить Кутузова. Ночью помчались работать, - и он поднял палец вверх. - Допинг, сын мой... это не есть хорошо: Между прочим, Оленька права: надо перебарывать себя и терпеть: но... вчерашний ЗНАМЕНАТЕЛЬНЫЙ ДЕНЬ нам чуть-чуть разрешает: усугубить положение:
     - И я об этом.
     - Тогда побудем живы, сын мой.
     - Побудем, - я решительно кивнул и еле слышно коснулся до его стакана.
     Мы разом выпили...
     
     Заботливые руки моей будущей тёщи украсили праздничный стол двумя бутылками водки "Путинка" , бутылкой шампанского, тремя бутылками вина "Арбатское" и большущим пузатым графином кваса. Помимо спиртного так
     
     
     же поражало обилие закусок: красная икра, красная рыба, сыр, колбаса "Сервилад" , шпроты, сайра, четыре вида салатов, отдельно нарезанные овощи, буженина, ветчина, паштет из гусиной и телячьей печени, селёдка "под шубой" , маринованные грибы с морковью - глаза просто разбегались.
     Мы все пятеро - я, отец, Оленька, её сестра Наталья и мама Тамара Петровна - сидели в большой комнате.
     Тамара Петровна была женщиной слишком эмоциональной, импульсивной, любила много рассказывать и спрашивать, всегда докапываться до сути предмета и страдала тем, что напрочь забывала о своих прошлых темах разговора и каждый раз повторялась, когда мы вновь приезжали к ней. Сразу привыкнуть к подобным нагрузкам было трудно, но по истечении нескольких месяцев мы с отцом стали спокойно воспринимать эту особенность Тамары Петровны. Живя тихо и смирно без мужа в трёхкомнатной квартире, постоянно видя только младшую молчаливую дочь Наталью, она часто лишалась возможности выплеснуть свои чувства и мысли, поэтому наши появления в доме на "Планерной" искренне радовали Тамару Петровну, она находила в нас благодарных слушателей и собеседников.
     Добротное, полноватое тело МАМЫ покрывалось свободным, широким платьем цвета голубой волны, а чуть выше правой груди была приколота декоративная маленькая ракушка бледно-светлого оттенка. Свои русые пышные волосы она всегда убирала по старинке назад - большим и круглым пучком, любила щедро припудриться, прикрасить глаза и губы.
     Наши бокалы и рюмки звякнули хрусталем, и все дружно выпили, я с отцом - водочки, Оленька - "Арбатское" , Наталья с Тамарой Петровной предпочитали шампанское.
     Тамара Петровна сказала:
     - Дорогие мои, прошу вас больше всего налегать на салаты! Если останутся - всё отправлю на помойку!
     Отец поперхнулся и не на шутку закашлял. Я быстро помог несчастному и несколько раз постучал по спине.
     - Мамочка, - с большим укором заметила Оленька, но тут же улыбнулась, дабы не обидеть Тамару Петровну, - ты говорила об этом недели две назад, дорогая.
     - Неужели? . . - мама очень удивилась. - Ничего страшного, можно повторить ещё раз! Я к тому, что остатки салатов, пролежавшие в холодильнике, вредны для организма: окисления, канцерогенные образования! Мы с Наташей... - она не успела закончить.
     - ... бережём своё здоровье и не едим остатки салатов, - размеренно и шутливо договорила Оленька.
     - Конечно, - кивнула Тамара Петровна, - и не только остатки салатов!
     Отец подхватил со знанием дела:
     - Это кстати есть безжалостный закон всех ресторанов. Там все оставшиеся салаты тоже выбрасывают, а на следующее утро делают для
     
     
     гостей совершенно свежие. В свои тяжёлые студенческие годы я как раз подрабатывал на кухне, в цехе холодных закусок. Ох, нагляделся! И что самое интересное...
     - Отец, - остановил я, - ты уже говорил об этом недели две назад...
     - Я знаю, сын мой, - спокойно ответил он. - Как джентльмен я же должен поддержать МАМУ.
     Мама засмеялась, захлопала в ладоши и сказала довольная:
     - Вы - прелесть, Юрий Семёныч! Вы всегда вовремя! Вы всегда меня понимаете!
     Отец от души раскланялся в сторону Тамары Петровны, не упуская возможности проявить своё актёрское дарование, и спросил:
     - А как там наши братья киргизы? Они благодарны вам?
     - Ещё бы! Я же каждый день выношу всё в чистых целлофановых пакетах и не только остатки салатов - у меня много другого остаётся - и аккуратно кладу рядом с помойными бачками!
     - Ма-моч-ка-а-а, - пропела Оленька, и почему-то недовольно посмотрела на отца.
     Молчаливая Наталья иронично хмыкнула и стала накалывать вилкой грибочки.
     Отец - хорошо подогретый водочкой и на взлёте своего куража - шутил и бессовестно эксплуатировал забывчивость Тамары Петровны:
     - За такие харчи, скажу я вам, братья киргизы должны трудиться и трудиться.
     - А как же! - ответила Тамара Петровна. - Два месяца назад совсем бесплатно поставили новый унитаз!
     - Надо же, какие люди - бесплатно поставить унитаз!
     - Мамочка, - снова вклинилась Оленька, - Юрий Семёныч прекрасно знает про унитаз. Может быть, о чём другом?
     - Подожди, доченька, не всё так гладко как с этим унитазом! - загорелась мама. - Тут, Юрий Семёныч, жена одного киргиза-дворника у меня в квартире убирается, а раньше до неё другая работала, так вот эта другая когда-то украла серебряную ложку с вилкой! А у меня же помимо ложек с вилками полно ценных вещей!
     - Да что вы говорите?! Например!
     - Пожалуйста, начнём с маленького гардероба...
     - Мамочка, про твои гардеробы всем сидящим здесь давно известно, - и Оленька опять посмотрела на отца.
     - Неужели известно? . . - удивилась Тамара Петровна. - Так вот, я теперь за новой киргизкой наблюденье веду, недавно скрытые камеры поставила, видеозаписью называются! И в кухне поставила, и в прихожей, и в комнатах! Доверяй, но проверяй!
     - Это же большой шик, Тамара Петровна! - заметил отец. - Видеозапись! О-хо-хо, это же дорого!
     - Не дороже папиных денег... - пояснила Оленька.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также: