Рассказ №23096

     За окном стемнело. Сила перестала прибавляться на четвёртый раз, и только тогда я понял, о чём говорила ведьма, утверждая, что запас человека не бесконечен. Мы стали испытывать наслаждение попусту, без пополнения накопителя, который остался пустым процентов на семьдесят - я непонятным образом чуял это. Придётся, думал я скучно, без вожделения, но и без угрызений совести, воспользоваться Любой и, наверное, Катришкой - последнее представлялось не как трахание, а в виде наблюдения за её мастурбацией с последующем съёмом энергии. Моральные запреты были всё ещё сильны, но я понял, что имела в виду ведьма, говоря о безбашенности первых богов и о нашем следовании за ними. А вообще, посторонние мысли шли фоном, основное заполнила Лена в нашем с ней растворении:
     - Как: как: - тяжело дыша, вещала любимая. - Слышала, что это восторг небывалый, но представить не могла насколько: Петенька, любимый, как мне хорошо: ты заполняешь всё внутри и не верится, как твоя штука во мне помещается. Сначала страшно было, думала, разорвёт: я абсолютно счастлива: не знала, что такое возможно: говорили, что больно будет, а совсем и нет. Я тебя чувствую, как себя, у тебя острее всё протекает, быстрее и ярче: будто писаю, извини, Петь, толчками: и так сладко:
     Мы ушли вечером, когда стемнело полностью и когда Лена устала врать матери по телефону, отвечая не звонки. Неоткрытое шампанское я забрал с собой.
     - Вообще-то мы с мамой подруги, - объясняла Лена. - С детства повелось, у меня от неё секретов не было, но: о сегодняшнем я ей не расскажу. А ты бы как поступил, Петь?
     - А я тоже ничего говорить не буду, - успокоил я девушку. - Зачем маме знать о том, что я девочку девственности лишил? Я и отцу не рассказал бы, если бы он нас не бросил, когда мне три года было. Я совсем его не помню. Так, вроде на огромной сильной ноге качался, которая ввысь вздымала, словно в облака подбрасывала. Дух захватывало. Ещё помню, как на плечах катался, и так высоко было, что страшно. Больше не помню. Ни лица, ничего: фотки мать все порвала и выбросила: зря, думаю.
     - Конечно зря! - согласилась Лена. - Это их отношения, а не твои. Дети здесь ни при чём. Подожди: а деньги откуда? Не он что ли присылает?
     - Нет. Я тупо в лотерею выиграл. Уже заканчиваются, кстати:
     Перед подъездом мы ещё целовались, а после я поехал домой. Лёг в кровать и заставил Катришку заниматься мастурбацией, сидя у меня в ногах. Маму постеснялся позвать, не до конца ещё опустился. Пару раз и сам, возбудившись от зрелища, передёрнул. Чётко отличил цвет силы: моя - светлая, женская - тёмная. В первый раз энергия от меня всё-таки прошла. Тонким ручейком, несмотря на то что жидкости вытекло всего несколько капель. Второй раз кончил совсем пусто: и без силы и практически без излияния; но удовольствие всё равно получил. От сестры поток перестал поступать на пятом оргазме, а кончала она шесть раз - я командовал, следя за поступлением силы и испытывая, надо признаться, почти садистское удовольствие от самого факта власти над сестрёнкой, практически безграничной. Один раз поймал себя на мысли, что всё-таки мщу ей за волосы Афродиты: и боюсь их.
     Накопитель наполнился наполовину. М-да, ёмкий получился. Наверное.
     К старухе ночью не пошёл, устал.
     Следующие месяцы описывать не стоит, ничего особого не произошло. Мы с Леной витали в облаках, от счастья шалея. В школе нас берегли. Из-за угла хихикали, конечно, завидовали, включая Костяна, который поражался, как я смог захомутать лучшую девчонку, и секрет выпытывал неоднократно. А что я мог сказать? Не ведаю, само получилось. Клиентку за двести тысяч он найти, разумеется, не сумел, но не успокаивался, упорный. Катришкин день рождения прошёл, и я подарил ей серьги с изумрудом из ведьминого клада.
     Более того, памятуя о совете Любы, позвонил-таки Мишке Бакланову, встретился и пригласил на праздник, как бы невзначай. В домашней обстановке он по-другому взглянул на сестру, которая в школе перед ним вертелась практически ежедневно. Задружили, хвала Земле-Матери. У Катришки случилось несколько конфликтов с его бывшими девушками, но разобралась сама, меня не привлекая. ХХ лет стукнуло, взрослая. Да! На ютубе зажегся сюжет о поляне на крыше, которая пропала, увы, только к вечеру; какой-то блогер успел заснять, к сожалению. Видимо, солнце в тот день особо не активничало. Но большого шума он не наделал - прошёл по разряду приколов. Хвала Земле-Матери!
     Весна. Апрель. Сок в берёзы бежит, свежий лист зеленью наливается, всё цветёт и пахнет, женская юбка укорачивается. Щепка на щепку лезет, однако школьникам, одиннадцатиклассникам, суровый ЕГЭ спать мешает.
     Меня экзамены в принципе не волновали, потому что в "игровом" состоянии я помнил всё, а учился я основательно. Только Лену жаль было, которая от переживаний схуднула. Я знал, как ей помочь, но держал интригу - худоба ей шла и за волнением наблюдать было весело. На заклятье от нежелательной беременности ушло процентов десять от полного заряда накопителя, я это чувствовал. По словам ведьмы, многовато и она не понимала почему, а сам амулет похвалила - большой получился, объёмистый. Сила вернулась быстро, за один сеанс перепихона.
     - Как ты можешь быть таким толстокожим? - возмущалась Лена, когда мы в очередной раз висели в квартире, которую я снял на полгода вместо гостиницы - на меньше риелтор не соглашалась, но и я не настаивал. - Мне на бюджет край надо, родоки платное не потянут. А твоя мама? Пол-лимона ты уже разбазарил, где деньги брать собираешься? Мы же вместе в универ:
     Это была её фантазия. Я подумывал о медицинском, раз наговоры читать умею, а она о юридическом грезила. Я решил забрать её в Москву, и знал, что так и случится, несмотря на все её взбрыкивания.
     - Да успокойся ты, плевать. Расслабься. В Москву поедем, в МГУ. Я на мед, ты на юр. Давно всё решено:
     - Да ты знаешь какой там балл?! - я заткнул очередное возмущение поцелуем.
     - Нет, ну всё-таки, - продолжила Лена, отдышавшись от оргазма. - Давай в наш универ, в МГУ боязно как-то. И когда с родителями познакомишься, я устала их завтраками кормить!
     Тема болезненная, мною откладываемая. Неприятно мне было. Что я им скажу? Я вашу дочку люблю, типа, не переживайте? Типа, поженимся и всё такое? А фиг его знает, как мы там далее. Любим друг друга, да, но семья: ни она, ни я как-то этот вопрос не обсуждали. Отмазывался я от знакомства с родителями, и она сильно не настаивала, но, видимо, подгорело.
     - Всё, завтра, - решился я. Завтра была суббота. Придётся прийти, в конце концов.
     Костюм, галстук, маме цветы. Думаю, с отцом не перепутаю, как незабвенный Миронов-Козодоев с семьёй Семён Семёныча. Ровно шесть вечера, я стою в прихожей Лениной квартиры. Не перепутал, вручил матери - моложавой симпатичной женщине, держащей себя в форме. Мысленно порадовался за Лену: говорят, если хочешь узнать, какой станет твоя жена, приглядись к тёще. Увиденное мне понравилось.
     - Так вот вы какой, молодой человек: - проворковала мать, оценивающе меня оглядывая. Меня так и подмывало щёлкнуть каблуками на манер военного и кивнуть - честь имею! Еле сдержался. - Ну, пройдёмте к столу. Леночка, поставь, пожалуйста, цветы в вазу.
     Отец протянул мне руку. Рукопожатие оказалось твёрдым, проверяющим. Я не подкачал.
     За безалкогольным ужином поговорили о погоде, о моих родителях и наконец дошли до моих планов.
     - МГУ, однозначно. Нет, я пошёл бы в первый медицинский, но там юридического факультета: или есть? Не узнавала, Лен? Университет всё-таки.
     Лена чуть не поперхнулась соком.
     - Кх-м, кх-м, - закашлялась она, увиливая тем самым от ответа.
     - Осторожней надо, доченька: - забеспокоилась мама, постукивая дочери по спине. Та возмущённо изгибалась, уходя от похлопываний. - Ты что же это, в Москву собралась? А как же наше общее решение?
     - Да, дочь, действительно... - поддержал жену отец. - Мы платное не потянем, пойми, а на бюджет только у нас поступить можно. Сколько там по ЕГЭ проходной?
     Я нахально влез в семейную идиллию.
     - В этом году планируется минимум 458 и более. Пройдём, не переживайте. Да, милая? - обратился за поддержкой к Лене, вкладывая в слова заметную долю сарказма.
     - Пётр, - заговорил отец серьёзно. - Ты одноклассник новенький, поэтому мы с мамой тебя не знаем, в отличие от других. Лена о тебе рассказывает мало, утверждает, что ты крайне надёжный товарищ и у нас нет причины в её словах сомневаться, но. - Последовала драматичная пауза. - Ты рассуждаешь, будто ты отличник, медалист, а на мой взгляд, прости, не похож; на полном серьёзе утверждаешь, вернее, из твоих слов выходит будто всё давно решено, что вы с Леной будете жить вместе, причём в чужом городе. Как это сейчас модно говорить: вы пара? Как это: у вас отношения? Не рано ли?
     - Сердцу не прикажешь, - ответил я, пожимая плечами. - Анатолий Евгеньевич, не беспокойтесь. Я, конечно, прекрасно вас с Антониной Леонтьевной понимаю - кто я такой? Неизвестный тип, ворующий вашу горячо любимую дочь. Однако, я готов чем угодно поклясться, что не обижу Лену никогда в жизни, не допущу, чтобы она страдала и не позволю никому её обидеть. Поверьте мне, я способен за неё постоять:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: