 |
| |
| | Алик неожиданно повалил меня на спину, лёг сверху. Его рука с длинными тонкими пальцами проникла под мой халатик и принялась ласкать мою грудь, туго обтянутую красной кофточкой. Бюстгальтера на мне не было, и поэтому предательски напрягшиеся соски выдали моё возбуждение. Алик впился своими губами в мой рот. Его язык сновал внутри моего рта, лаская мой язык и мои губы. Потом движения его языка стали напоминать толчки члена внутри влагалища. Алик словно трахал языком мой рот. | | |
| |
|
| |
| | "Учитэлница!? - нехрошо обрадовались кавказцы - это дажэ лучшэ чэм мы думали! Учытэлница - это проста здорово! Нэ зря ты нам сразу панравылась! Ты что в самом дэле училка? Нэ врёшь?" "Посмотрите на стол" "Да... дэйствительно нэ обманываешь... сколька тэтрадэй... всэ надо проверить?" "Да." "И сколько тэбэ платят?" "Копейки..." К этому моменту я уже успела переместиться к стенке и через щель, обнаруженную мной ещё давно при уборке, я стала не только слышать но и видеть происходящее. "Слюшай, мы хатим пазнакомиться с табой, ты нам очэнь панравилась. Ты гаварышь, дэнэг нэт... хочэшь мы тэбэ дадим? Но нэ просто так канечна. Ну?" Ирка сидела ко мне боком, и мне было не очень видно её лицо, но судя по всему она была в ступоре. Было ясно что они не отстанут и трахнут её рано или поздно. Минутой раньше, минутой позже но трахнут. Но тут же совершенно неожиданно могла разрешиться материальная проблема! Пусть и, мягко говоря, не совсем по своей воле. Надо было лишь ответить взаимностью на их домогательства. Но я то знала с какой неприязнью она относится к гостям с юга, называя их ещё со студенческих времён не иначе как хачи или вонючие торгаши! Ей, безусловно, даже подумать противно лечь под них. В общем, ситуация была безвыходная. "Ну, давай, а?" Ты вэдь нэ замужэм? Нэт? Вот и отлично. Тяжело навэрна без мужской ласки, а? Узнаешь что такое горачий кавказский мужчина!" увещевал тот, который видимо был главным. "Испытаешь наслаждэние от настоящэго члэна! Только у нас,кавказцев, есть такие члэны!" - сказал второй. "Если нэ вэришь, можешь потрогать" добавил третий и они заржали. Ирка сидела на кровати, низко опустив глову. Щёки были пунцовые от стыда, губы тряслись и на глазах наворачивались слёзы. Так продолжалось наверное с полчаса, судя по всему они не хотели свести дело к банальному изнасилованию, а намеревались уломать её. Им на вид было не больше 20-22 лет. Они, сев по бокам, а третий на корточки перед ней, одновременно лезли ей под юбку, тискали её груди, пытались поцеловать в ушки и щёчки, а сидевший перед ней периодически предпринимал попытки проникнуть ей под юбку, вглубь, к заветной цели, впрочем не особо настаивая, и отсупая всякий раз когда Ирка начинала активно ему сопротивляться. При этом они уламывали её словесно, говоря ей комплименты, какая она вся из себя красавица "вах, и пачэму нас нэт таких красавиц!? Куда ваши мужики смотрят!? Навэрна водку пьют! Такую жэнщину на водку промэняли!" и так далее. К тому же они явно нащупав её слабое место стали предлагать ей деньги. И даже через щель с расстояния в несколько метров было видно: когда заводилась речь о деньгах по лицу её пробегала некая тень сомнения... В конце концов они целиком перешли именно к денежному соблазнению и в итоге всё же уломали Ирку, и она выдавила из себя еле слышное "да... - и через паузу - но только поодиночке." Они без разговорв согласились. Потом стали договариваться о сумме. Ирка назвала. Они заржали, сказали, что она себя не ценит и предложили в 3 раза больше. "Согласна?" Она обалдело кивнула. " Мы пока сходим по дэлам, а вы тут побэсэдуйте." Остался главный. Ариф, так он представился. Он быстро разделся, лёг на кровать и вопросительно посмотрел на неё: "ну, так и будэшь сидэть? Тэбэ за что дэнги даны?" Ирка нерешительно, стараясь не смотреть на его обнажённый член встала и начала медленно раздеваться. От волнения руки её плохо слушались с трудом расстёгивая пуговицы и после длительных мучений сняла блузку. Лицо её по прежнему было пунцовым, а в глазах стояли слёзы. Она никак не могла прийти в себя, словно бы задавая самой себе вопрос: что я делаю!? Ему же её смущение доставляло массу удовольствия, он отпускал неприличные комментарии в её адрес, смущая её тем самым ещё больше: "что, волнуешься?... правилно, волнуйся, нэ каждый дэнь тэбя такими члэнами трахают... тэбя вообще трахали такими члэнами?... что малчишь?... хочэшь побыстрее обнять его своими губками? Гг-ы-ы-ы!!!" Ирка едва не рыдала, веселя его ещё больше. Вслед за блузкой она стала стягивать юбку, но опять же от волнения никак не могла расстегнуть молнии на боках. "Падайди" Она покорно подошла. Он приподнялся и легко расстегнул молнии. Юбка неслышно сползла на пол. Ирка наклонилась чтоб поднять её и неосторожно подставила попку прямо к нему. Он не преминул воспользоваться ситуацией и смачно хлопнул её по ягодицам. Она взвизгнула и отскочила. Слёзы потекли по её щекам. Он довольно заржал. Она положила юбку на спинку кровати и нерешительно остановилась.На ней оставались лифчик и трусики. "Далшэ. Живо." потребовал он. Ирка всхлипнула и сняла лифчик а за ним и трусики. Сняв их, она стыдливо прикрыла руками небольшие упругие груди и лобок. Ариф похлопал по кровати рядом с собой. Ирка подошла и обречённо присела рядом опять же стараясь не смотреть на его как штык торчащий член. Он взял её за талию своей мускулистой рукой, положил её рядом с собой на правый бок, она согнула при этом в коленях ноги, и пристроившись сзади начал её трахать своим мощным инструментом. Они лежали лицами ко мне. По его лицу было видно что он весьма доволен происходящим и методично долбил её промежность, довольно кряхтя при этом. Ирка же еле сдерживала себя чтоб не разрыдаться от унижения. Каждый его толчок сопровождался болезненной гримассой на её лице. Вскоре он кончил и отвалился на спину, блаженно вздыхая, а Ирка по прежнему лежала на боку покорно ожидая продолжения. По её лицу беззвучно катились слёзы, украдкой смахиваемые ею чтоб не увидел каквказец. Отдохнув, он снова полез к ней с ласками и стал целовать её. Она молчаливо позволяла ему делать это. Наконец, возбудившись, он стал трахать её в классической, миссионерской, позе. Поскольку теперь она лежала на спине, лица её не было видно, но видимо, она по прежнему была не в себе. Иногда её голова поворачивалась на бок и я видела страдания на её лице, страдания то ли от боли, то ли от стыда. Он же довольно кряхтел, с той же размеренной методичностью трахая её. Кончив, он обмяк и всем телом навалился на неё. Она попыталась спихнуть его с себя, но он цыкнул на неё и она затихла. Через некоторое время он встал с неё, огляделся и пошёл на кухню, загремев оттуда чайником. Ему захотелось пить. Ирка же лежала на кровати раскинувшись, безучастно глядя в потолок. Он вернулся. Посмотрел на неё, ухмыльнулся и велел ей встать на четвереньки - она встала - но подумав, велел опираться не на руки а на голову, подогнув руки, так что ягодицы её оказалась поднята кверху. Кроме того он велел ей прогнуться в талии отчего вид откляченных ягодиц стал весьма призывным. Он пристроился сзади и снова начал её трахать. И тут в поведении Ирки произошли перемены. Если первые его толчки по прежнему сопровождались её болезненной гримасой, то где то со 2-3-й мин. выражение её лица стало меняться. Слёзы высохли, гримасы боли исчезли а из прежде плотно сжатого рта стали доноситься еле слышные постанывания. Сначала стоны были глухие, еле слышные, но постепенно Ирка стонала всё громче, пока наконец из её горла не вырвался громкай "Ааах..." Она смущённо обернулась к нему, не услышал ли? Он радостно загоготал: "что панравылось? Да?... Ггы-ы-ы!! То ли ещё будэт!" Он быстро и резко её трахал а в коротких остановках с самодовольным кряхтением хлопал ладонями по её ягодицам. С изумлением я увидела что она начала ему подмахивать! Он тоже это заметил и остановился. Его тело было неподвижно, и Ирка сама обрабатывала его член, двигаясь туда-сюда! Её движения были ритмичны и плавны, глаза закрылись, волосы окончательно распустились свисая с головы до самой подушки, а из рта вырывались хриплые стоны!!! От прежних мук не осталось и следа... Ай да Ирка! А как она их всегда костерила: хачи, вонючие торгаши... а теперь страстно отдаётся одному из них! А ведь те двое ещё должны прийти... Он с ухмылкой смотрел на возбудившуюся Ирку, время от времени постанывая и несильно похлопывая её по ягодицам. Наконец, она перестала двигаться и с громким протяжным страстным стоном обессиленно рухнула на кровать. Его член выскользнул из её лона и Ариф некоторое время стоял над ней, словно бы раздумывая что делать. Затем он встал и подошёл к её голове. Ирка лежала лицом вниз. Он сгрёб в охапку её волосы и потянул её голову вверх.Она без сопротивления приподняла голову и её голова оказалась подтянутой прямо к его члену. Ирка ещё не пришла в себя, оргазм был оглушительным, взгляд её был затуманен и полон страсти. Она с какой то даже жадностью, взяла член одной рукой за яички и приоткрыв рот впустила его инструмент вовнутрь, но затем, вынула и извиняющимся тоном сказала "я не умею, я никогда этого не делала". Ариф при этом почему то выглядел обалдевшим."Нэ умээшь - научым! Ты главное зубами поаккуратней, паняла?" Она кивнула и стала осторожно сосать его член. Он громко стонал и повторял "т-а-а-к... ещё... какая дэвушка!" Через некоторе время он страстно зашептал "щас... ещё чуть-чуть... Ааа!!!" Он кончил. Причём прямо в её рот. Она инстинктивно подалась назад, но он рукой держал её голову не давая её рту соскочить с его члена. Ирка хрипела, отчаянно хлопала глазами, пыталась что то промычать жалобное, но он не отпускал её пока запал оргазма не прошёл и сперма не вылилась в её ротик. В этот момент вошли те двое. Они весело загоготали и стали комментировать происходящее. Ирка не обратила на них никакого внимания, так как наверное минут 5 отплёвывалась и отхаркивалась. "Классная тёлка - сказал Ариф им - сперва ламалась, тэпэр сама просит. Я её в рот то и не просил, сама набросилась!" "Да не набрасывалась я... - запротестовала Ирка - вы... ты... вы сам подошёл... ну я и подумала..." "Маладэц, правилно падумала!" сказал один из вошедших и они все заржали. Включая Ирку! Вошедшие быстро разделись и поставив Ирку на четвереньки стали трахать её одновременно в рот и в промежность. От былого смущения и отчаяния Ирки не осталось и следа. Она охотно им подмахивала, послушно реагировала на их замечания. Особенно им нравилось спрашивать как ей их члены. Она охотно отвечала(когда он вынимал из рта член, чтоб услышать ответ) то что они и хотели услышать: что их члены это что то бесподобное, что так классно её ещё не трахали, что им не надо было рассусоливать а сразу же оттрахать её ещё неделю назад прямо там, в подьезде, что теперь она верит рассказам о сексуальности южных мужчин, что две её подруги, кстати, тоже учительницы, специально ездят на юг в отпуск чтоб на себе ощутить страсть кавказцев, их умение доставить женщине удовольствие в постели, что эти две подруги отдаются им по полной программе, и в рот и в зад, сразу двум и трём кавказцам. "Вы настоящие мужчины, не то что наши, у настоящего мужика и отсосать не зазорно, и попку ему подставить на растерзание всегда пожалуйста" - вещала Ирка.Не знаю что здесь было правдой, а что она выдумывала на ходу, но в любом случае говорила она это вполне искренне и с желанием им угодить. Происходящее стало самой настоящей оргией. Мне почему то вдруг подумалось что какое было бы лицо у многих моих коллег заставших бы сейчас Ирку за этим занятием! А если бы увидели ученики!? Мд-а... лучше и не представлять. Первым кончил трахавший её в рот. "Открой рот... шырэ" приказал он ей. И она послушно сделала это. Мощная струя спермы полилась ей на губы, в зубы и дальше в глубь рта. По выражению её лица было видно что ей это не совсем приятно, но тем не менее она не посмела закрыть рот пока трахавший её в рот не отошёл сам. Затем настал черёд трахавшего сзади. Он вынул член и начал спускать сперму на её ягодицы. И пять она стояла не двигаясь... После этого они решили поменяться местами. Но только они приладились у Арифа запиликал тогда ещё диковинный мобильник. Он что то поговорил, досадливо чертыхнулся и велел прятелям закругляться. Они с явным сожалением оставили Ирку и начали куда то собираться. Они отдали оговорённые суммы денег. Договорились о времени следующей встречи и ушли, пообещав доделать в следующий раз то что не успели сейчас, а именно поиметь её в попку. "Вэдь ты хочэшь этого? Прызнайся!?" Ирка смущённо похихикивала вертя в руках деньги. Они ушли, а она присела на кровать пересчитала деньги, сказав "да... четыре месяца и несколько часов" стала одеваться. Одевалась поспешно, с лица сперму стёрла, а вот трусики так и натянула не смахнув с ягодиц сперму. Она куда то ушла. Через полчаса вернулась. Я вышла из своей комнаты, сказала что я только что пришла с работы, дико устала и как ни в чём не бывало поинтересовалась как дела. Ирка помялась, отвела глаза и ответила в том духе что всё нормально. Весь вечер она общалась односложно, прячя от меня глаза стыдясь своего поступка. Я делала вид что ничего не знаю. | | |
| |
|
| |
| | "Судья - мусор!" - пронеслось по трибунам в который раз. Идет последняя минута первого тайма. Я опять валяюсь на остатках травы, согревая задницей холодную землю. "Динамо" - параша, победа будет наша!" - солидарен со мной почти весь стадион. Даже небольшая кучка фанатов мусоров, и та недоумевает, как этот черный мешок с говном, со свистком во рту вместо хуя, не дал пеналь за очевидную подножку. Боль с лодыжки за сотые доли секунды перебирается в мозги. Этот кабан в бутса | | |
| |
|
| |
| | Тебе хочется сильнее, больше, глубже и острее всё чувствовать. Ты не вынимая вибратор, становишься на коленочки, головой падая на подушку и упираясь плечами. Это Твоя любимая поза. Ты любишь, когда я обняв Тебя за бедра трахаю Тебя так и вхожу глубоко. Твоя ручка снова начинает движения вибратора увеличивая темп, трахая себя им так, как люблю это делать я. Вторая тоже уже помогает, лаская писечку вверху, теребя клиторок. Ты течешь уже без остановки. Ты чувствуешь себя грязной шлюшкой, которую жестко имеют. Твои стоны разносятся по всей квартире. Твоя девочка просто хлюпает от Твоих выделений: Твои стоны переходят в хрипы. Мощный разряд пробегает по Твоему телу. Срывая стон, переходящий в рык. Волна полностью накрывает Тебя, Ты просто рухнув валишься на кровать: Тело дрожит и его пронзают спазматические конвульсии оргазма. Твоя девочка обильно течя, образовывает под Тобой на простыне лужу. Такого сильно оргазма Ты не испытывала. Твой мозг отключается. | | |
| |
|
Рассказ №23066
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 25/07/2020
Прочитано раз: 29597 (за неделю: 87)
Рейтинг: 72% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Вот и я пообещала: исполнила потом. Но для Афродиты последнее не важно, заклятье не для того создавалось. Предание гласит, что обратилась как-то к богине жена молодая, некрасивая и пожаловалась заступнице, что муж к ней остыл, что по ночам не замечает, лицо воротит. Сжалилась тогда богиня над несчастной, сорвала два локона, скрутила в нити и велела повязать их на руки. Сказала похлопать мужа по заду дважды обеими руками и никуда он тогда не уйдёт, не отвернётся, и любые тайны откроет, о которых жена попросит. Полюбовницу никак не скроет, а законную свою пуще жизни своей возжелает. Примерно так. Амулеты из шкатулки те самый, едва меня не погубившие. Отомстила я карге старой и браслеты с трупа сняла. Древние они оказались, чуть ли не богиней сотворённые...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Спасение одно. Ты знаешь какое, прочувствовал. Я в лесу стояла, за ель держась, двое суток почти. Ослабла, на руках висела, считай, но мать-земля помогла мне. Волка сначала отогнала, козу подсунув, а после пастушка приманила, которого козу искать послали. Он на меня молодую-красивую позарился. Я умолила его, уболтала: язык под Афродитой изощрённым становится, правда?
Я согласно кивнул.
- Правда. Всё, что угодно пообещаешь, совести совсем нет.
- Вот и я пообещала: исполнила потом. Но для Афродиты последнее не важно, заклятье не для того создавалось. Предание гласит, что обратилась как-то к богине жена молодая, некрасивая и пожаловалась заступнице, что муж к ней остыл, что по ночам не замечает, лицо воротит. Сжалилась тогда богиня над несчастной, сорвала два локона, скрутила в нити и велела повязать их на руки. Сказала похлопать мужа по заду дважды обеими руками и никуда он тогда не уйдёт, не отвернётся, и любые тайны откроет, о которых жена попросит. Полюбовницу никак не скроет, а законную свою пуще жизни своей возжелает. Примерно так. Амулеты из шкатулки те самый, едва меня не погубившие. Отомстила я карге старой и браслеты с трупа сняла. Древние они оказались, чуть ли не богиней сотворённые.
- Подожди, - сказал я, поднимая несуществующую руку в останавливающем жесте. - Шкатулку ладно, я сам на столе забыл, когда к Любе собрался. А как Катришка открыть её умудрилась?
- Нет, Митрофан, не сам ты забыл. Это амулеты хозяйку себе возжелали. Древние они, непростые такие, что даже подумать страшно. И ничего с ними сделать нельзя, если жить сохранить желаешь. Не зря я их в тайнике держала, с глаз долой:
- Почему не предупредила?!
- А я тебе всеведущая?! Откуда я знала, как волосы себя поведут? Нет, предполагала, конечно, но как-то всё не до них было: мы не особо ладили, помнишь?
- Ну и что теперь делать? Может, снять их с Катришки и в тот самый тайник твой?
- С ума сошёл? Сильные амулеты в пригляде держать надо: запаниковал, что ли? Ха! Да ты заяц, оказывается, трусишка маленький. Подумаешь, заклятью подвергся! Нос подотри, сопли до пола растянулись уже:
- Да не привык я, - произнёс, насупившись. - Неприятно и страшно:
- Не так уж и неприятны липкие волосы, согласись, - сказала, подмигивая.
- Душевно неприятно:
- Не носись ты так со своей душой и совестью, наплюй. А Катришку свою в покое оставь. Захочет - снимет, пожелает - наденет. Амулеты теперь её. Сама богиня, поди, ей о браслетах поведала, свойства их объяснила. С тобой ошибка вышла, это же ясно, не поверила сестрица сну. Но путь познаний тернист, так что пусть девочка пользуется, если захочет. Ты для успокоения запомни, что действуют они только тогда, когда людей двое, не больше. В толпе по задницам хоть заколотись, бестолку. После можно народ пригласить, к прилипшему уже - это да. Пожалуй, о липких волосах Афродиты говорить достаточно. Следующий вопрос.
- То есть, если в квартире трое, то амулет не сработает?
- Правильно, - старуха ответила на удивление терпеливо. - Двое в комнате не считаются, дом-квартира тоже учитываются. Дальше спрашивай.
- Почему шкатулка открылась?
- О, леший безмозглый, как с тобой тяжело! Дай мать-земля терпения! Ты, Митрофан, чем слушаешь? Амулеты древние, сильные, хозяйку искали, вот и открылись! И шепнули, заставили себя на руки натянуть. Чего тут непонятного? Моё заклятие, которым я шкатулки затворяла, браслеты, похоже, выпили:
- А какое было?
- Простенькое. Такое же, как на тайнике, моё классическое. Указательным пальцем по крышке стучишь и приговариваешь: Стук - постук - перестук, стой - постой - дверь открой. На обеих коробках одинаковое.
- Б-р-р! - я замотал виртуальной башкой. - Стоп! У меня мозги набекрень! Там кот-Баюн, здесь стук-постук, Го: прости, Мать-Сыра Земля, твою же Лизонька маму, как тут разобраться? Слова не важны, что ли? Ничего не понимаю!
Ведьма поднесла к лицу руку и стала внимательно её рассматривать. Пальцы шевелились, выписывая немыслимые кренделя, в реальном мире невозможные. Похоже, наблюдение за движением её успокаивало. Дрожание собственного хвоста кошку возбуждает, а старуху, по всей видимости, наоборот.
- С-л-о-в-а-а, - протянула и повторила снова наподобие заклинания. - С-л-о-в-а-а: важно всё. Положение звёзд, фаза луны, время суток, точный час, материал, ингредиенты - всё важно. Слова в том числе. Вот ты давеча записки мои пытался расшифровывать, так брось, ни к чему это. Всё уже здесь, - ведьма постучала по голове, - значит, в тебе. Мои заклятья, привороты, порчи - всё, что составляла когда-то, там сидит. Пергамент тоже назубок знаю, так же как и книгу, которая и есть самое важное.
Это словарь и азбука с грамматикой древнейшего языка, давно умершего. Так и называется: мёртвый язык или язык мёртвых - перевод иероглифической древнеегипетской Книги Мёртвых до пирамидных времён. При переводе пользовались письменностью того периода, первых веков новой эры, Европа. Я учила книгу пятнадцать лет под руководством наставницы, каждую буковку, каждый звук, каждый оборот, принципы построения фраз: пытка была похлеще, чем от липких волос, поверь мне. Наставница мне гортань три раза ломала без обезболивания, песок изо рта не вынимался: пока не стал выходить чистый звук и слова. Слова истинные, от сотворения земли-матери, они основа. Остальное так, вариации.
Ведьма замолчала. Закрыла провалы глаз, раскинула руки и закружилась, явно вальсируя. Заговорила, не прекращая танец.
- Когда я читала наговор, то в голове у меня звучал мёртвый язык, перед взором бежали строчки составленного заклинания, а вслух произносила иное, схожее по ритму. Для крупных чародейств отдавала должное воде, земле или иному женскому началу; для мелких же и того не надо. Стук-постук, кот-Баюн из простеньких, пишутся одинаково и на мёртвом языке звучат схоже; а вот по-русски: как изгалишся, то и случится. Понял? - и ведьма остановилась.
Я промолчал, укладывая сведения по полочкам.
- Впрочем, не важно. Мои знания и так с тобой, просто научись добывать. Доверяй интуиции и всё пойдёт как надо. Но! Ты не женщина, поэтому есть нюансы, объяснению не поддающиеся и мне не ведомые. Например, накопитель. Мои побрякушки тебе не подойдут, можешь их выбросить.
- Это какие? - я заинтересовано встрепенулся.
- Которые с тела снял. Остальное - простая ювелирка. Продавай, дари, поступай как знаешь. Так вот, чтобы накопитель и другие личные талисманы работали, на теле должен быть рисунок, смотри какой.
Ведьма повернулась ко мне спиной и сарафан с вышивкой исчез. От лопаток до поясницы простёрлась чёткая татуировка, отдалённо напоминающая многолучевую звезду.
- Не раздевал меня, поди, постеснялся, хи-хи.
- Да у меня коленки тряслись, какое раздевание! - пробормотал я, внимательно изучая: пришёл я к выводу, что цветок.
- Это цветок папоротника, - пояснила ведьма. - Да не смейся ты, без тебя образованная. Название, разумеется, фигуральное, обозначает оно астрологическую розу судьбы. Каждый лучик указывает на положение планеты в момент моего рождения, так что подобное составить раз плюнуть, дерзай. Запомни значки светил, они для тебя внове. Только выпытай у матери точное время родов и лезь в интернет, он на подобную чушь богатый. Сам разбирайся, будь внимательней. Ищи сайты понадёжней: впрочем, сам знаешь, не маленький: тебе пора, твоя мать ключ в замок вставляет.
Я встрепенулся и вылетел из транса со скоростью ракеты, забыв, что хотел поинтересоваться у старухи, что содержит вторая шкатулка, с каким она сюрпризом.
Глава 9
Мощные амулеты с Катришки срывать, помня совет ведьмы, не стал. Банально внушил никогда меня по попе не шлёпать, даже одной рукой, велел еженедельно напоминать мне про обновление гипноза и ввёл для сестры такие же установки, как для Любы, безусловный приказ и желание "ну, пожалуйста". В отместку, так сказать, за унижение. Появилась яркая мысль отхлестать сестру ремнём по голой заднице до кровавых полос, чтобы визжала как резанная, чтобы о пощаде молила, а мне сладко: с ужасом, со вставшими дыбом волосами, отогнал её. Меняюсь я. Меняюсь не в лучшую сторону. Или зря паникую?
Катришка проснулась, оглядела обстановку и удивлённо спросила у меня, сидящего за компьютерным столом:
- Я что, у тебя уснула? - и сразу, лихорадочно ощупав себя, поняв, что лежит голая, вспомнив всё, что случилось, с круглыми от ужаса глазами полностью зарылась под одеяло и тихо завыла. - А-а-а: что я наделала: - следом раздался плач.
- Пореви, - поддержал я, - легче станет. Может, поймёшь, что не надо как ворона блестяшки с чужого стола подбирать.
В ответ - рёв. Спустя несколько минут, сквозь всхлипы.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
